Я всегда считал, что в дорогих отелях есть особая, стерильная магия. Всё блестит, всё идеально, и даже воздух пахнет деньгами и одиночеством. Именно в таком номере я остановился в эту командировку. Первое, что бросилось в глаза после шикарной кровати и панорамного окна — это огромное, в пол, зеркало в позолоченной раме. Оно стояло напротив туалетного столика, и его холодная поверхность казалась неестественно глубокой, как поверхность озера в безлунную ночь.

 

Вечером, сняв галстук и устало потирая переносицу, я подошел умыться. Мельком взглянул на свое отражение. Усталое лицо, помятая рубашка. Всё как всегда. Я моргнул. И в тот самый момент, когда мои веки сомкнулись, мне показалось, что в зеркале что-то изменилось. Я резко открыл глаза. Отражение было точной моей копией. «Показалось,» — отмахнулся я.

 

Но на следующее утро история повторилась. Нанося пену для бритья, я снова моргнул. И снова — на долю секунды, в промежутке между темнотой и светом, я увидел не просто статичную картинку. Я увидел, как мой зеркальный двойник… *завершал* движение моргания. Его веки разомкнулись на мгновение позже моих. В его глазах читалось не утомление, а холодное, внимательное наблюдение.

 

Легкая дрожь пробежала по спине. Я попытался убедить себя, что это игра света, усталость, последствия вчерашнего коктейля в баре. Но с каждым разом уверенность таяла. Я начал подолгу смотреть в эту холодную гладь, пытаясь поймать его. А потом стал проверять: поднимал руку, поворачивал голову, шевелил губами. Отражение повторяло все безупречно. До тех пор, пока я не моргал.

 

Именно в этот миг, этот крошечный разрыв в реальности, он существовал самостоятельно. Он был на секунду позже меня. Он был не точной копией, а эхом, которое опаздывало. Эхом, которое, как мне начало казаться, с каждым разом становилось чуть более самостоятельным.

 

Теперь я боуюсь спать. Я сижу на кровати и смотрю на свое отражение в темноте окна. Я знаю, что стоит мне сомкнуть веки всего на несколько секунд, как оно сделает шаг вперед. Не повторяя меня. А догоняя. И однажды эта задержка исчезнет. И когда я открою глаза, я увижу его по свою сторону стекла. А вопрос о том, кто из нас настоящее отражение, повиснет в воздухе, оставшись без ответа.