, что через такое дерево уходит жизнь из земли вокруг, а его страдания притягивают беду ко всему живому поблизости. Плодоносить перестают целые сады, чахнут посевы. Эти явления — не сказки. Это отголоски древнего конфликта, где человек и природа говорят на языке силы и страха. Кто-то видит в этом лишь вандализм. Но те, кто чув

Тропинка петляла среди вековых сосен, выводя путника к старой дороге. Но вместо просеки перед ним вставала сплошная стена из переплетенных ветвей, будто лес сомкнулся за ночь. Молодые побеги, обычно гибкие, были скручены в тугой жгут, словно чья-то невидимая сила сплела из них непроходимую сеть. Это не просто бурелом. Это порча на закрытие дорог — древнее проклятие, отсекающее человека от мира.

 

Лесники шепотом передают истории. Якобы кто-то, кто знает старые обряды, может наслать такую преграду, чтобы остановить вырубку или защитить священное место. Дорога не просто зарастает — она «закрывается». Компасы сходят с ума, техника глохнет, а у тех, кто пытается пробиться, поселяется в душе необъяснимая, животная тоска. Это акт отчаяния, обращение к темным силам природы, когда закон уже бессилен.

 

Но это лишь первый знак. Следующее предупреждение — порча деревьев. Находят могучие дубы и березы с ободранной в странных символах корой, с ветвями, неестественно вывернутыми в кольца. Сок сочится из них, как кровь. Дерево не просто умирает — оно мучительно истощается, обращаясь в пустой, сухой сосуд. Считается, что через такое дерево уходит жизнь из земли вокруг, а его страдания притягивают беду ко всему живому поблизости. Плодоносить перестают целые сады, чахнут посевы.

 

Эти явления — не сказки. Это отголоски древнего конфликта, где человек и природа говорят на языке силы и страха. Кто-то видит в этом лишь вандализм. Но те, кто чувствует глубже, понимают: это крик. Крик земли, которой больше нечем защищаться, кроме как через страшные, запретные обряды, хранимые в глухих деревнях. Это напоминание: есть тропы, которые лучше не топтать, и дороги, которые должны навсегда остаться тропами для зверей и теней. Лес помнит. И может ответить.