Он попросил простой расклад: прошлое, настоящее, будущее. Я, как опытный таролог, разложила три карты из своей старой, проверенной колеты. Первая: Шут. Он кивнул — мол, бурная молодость, все понятно. Вторая: Колесница. «Вы в движении, боретесь», — сказала я. Он снова согласился. Я перевернула третью карту. И воздух в комнате застыл.

 

На столе лежала не карта из моей колоды. Это была пластина из темного, почти черного стекла. Внутри, будто в толще льда, была замурована маленькая фигурка. Кукла, изображающая моего клиента. В деталях. А вокруг нее, по краям пластины, горели микроскопические цифры: 354. Я никогда не видела такой карты. Мой клиент побледнел. «Что это значит?» — прошептал он. Я, машинально, посмотрела в книгу толкований. Напротив «Третья карта — будущее» в моем экземпляре ктос-то от руки вывел: «Фиксация. Архивация образца №. Третья карта — не предсказание. Это квитанция».

 

Клиент в панике убежал, забыв портфель. А карта осталась. Я спрятала ее в шкатулку, но ночью услышала тихий щелчок. Она лежала на тумбочке, и цифры на ней теперь показывали 353. Я позвонила клиенту. Трубку взял незнакомый голос. «Архив образца 354 закрыт для связи. Перейдите к следующему», — сказал механический автоответчик и сбросил. На следующий день в новостях мелькнуло сообщение о безвестном мужчине, найденном в коме. Фото было нечетким, но я узнала его. Моего клиента.

 

Я выбросила шкатулку в дальний мусорный бак. На утро она стояла у моей двери. Цифра на карте была 350. Каждый час она уменьшалась на единицу. Когда на пластине возникло «345», в моей квартире пропало электричество. Не во всем доме — только у меня. Когда стало «340», перестал течь водопровод. Опять же, только в моей квартире. Реальность отключалась вокруг меня кусками, как ненужные модули. А на карте кукла в стекле начинала двигаться. Замедленно, на миллиметр в день.

 

Я поняла. Колода, которую я использовала, была не моей. Ее подсунули. И она действует не на клиента, а на того, кто вытаскивает третью карту. На меня. Третья карта — это не будущее. Это приговор. И «354» — это не номер карты. Это количество жизненных единиц, отведенных мне. Моя энергия, моя связь с миром, само мое время. Карта — это устройство обратного отсчета. И архив. Она фиксирует мой образ, чтобы, когда счетчик достигнет нуля, у них была идеальная копия для… чего? Для коллекции? Для замены?

 

Сейчас цифра 302. Я отрезана от мира. Телефон не ловит сеть, интернет не работает, дверь не открывается — замок просто не реагирует. Из окна видно людей, но они будто меня не видят. Я стучу по стеклу — никто не оборачивается. Я становлюсь призраком в собственной жизни. А кукла в карте заняла уже половину объема. Она повторяет мои движения, но с опозданием в несколько часов. Вчера я упала. Сегодня утром я увидела, как она внутри стекла медленно, с ледяной грацией, повторяет это падение.

 

Она заменит меня, когда отсчет закончится. Она выйдет из карты, а я навеки останусь внутри, замурованной в черном стекле, с номером 1 на обороте. И какая-нибудь новая таролог, делая безобидный расклад, вытащит меня как третью карту. И увидит в стекле мое застывшее лицо. И услышит мой беззвучный крик. И запустит отсчет уже для себя. Под номером 353.