Я сидел на кухне, когда телефон вибрировал. СМС от сына: «Папа, я под кроватью. Мне страшно». Ледяная волна прокатилась по телу. Мой сын Максим уже неделю гостил у бабушки в другом городе. Я сразу же позвонил ему. Он ответил сонным голосом, сказал, что всё в порядке и только что лёг спать. Я вздохнул с облегчением, списав сообщение на сбой сети или чью-то глупую шутку.

 

Через час пришло новое сообщение: «Папа, тут кто-то есть. Он шепчет». Я снова позвонил сыну. На этот раз он не отвечал. Я стал названивать бабушке. Линия была занята. Я уже собирался ехать к ним, когда получил третье СМС: «Он выглядит как ты, папа. Но у него чёрные глаза».

 

Я ворвался в комнату сына. Она была пуста, как и весь дом. Занавески колыхались от сквозняка из открытого окна. Я упал на колени и заглянул под кровать, всё ещё надеясь, что это чудовищная шутка. Под кроватью лежал телефон сына. Он был включён. На экране горело моё отражение. Но оно улыбалось широко, неестественно, а глаза были заполнены густой чернотой.

 

Телефон в моей руке вибрировал. Новое сообщение. Я поднёс его к лицу и прочитал: «Я нашел его, папа. Теперь он будет моим папой». Из-за моей спины послышался тихий смех. Детский смех. Я медленно обернулся. В дверном проёме стоял мой сын. Он улыбался той же неестественной улыбкой, что и моё отражение в телефоне. Его глаза были абсолютно чёрными. «Папа, — сказал он голосом, который был похож на его голос, но в нём слышался чужой тембр. — Мы теперь всегда будем вместе».

 

Я отступил, натыкаясь на кровать. Телефон выпал у меня из рук и упал на пол экраном вниз. Когда я поднял его, на чёрном экране было только одно слово, написанное светящимися буквами: «Выхода нет». А за моей спиной послышался шепот, который я узнал. Это был мой собственный шепот. Но я не шептал.