Я живу на двенадцатом этаже. Окна моей квартиры выходят на пустырь, до ближайших домов — несколько сотен метров. Вчера утром я заметил странный отпечаток на внешней стороне стекла в гостиной. Четкий, будто кто-то прижал к окну мокрую ладонь. Я решил, что это опять шутка моего племянника — он оставался у меня на выходных и любил дурачиться. Странно, конечно, как он дотянулся до внешней стороны окна на таком этаже, но дети всегда найдут способ.

Я стер отпечаток и забыл о нем. Но сегодня утром он был снова. Тот же размер, та же форма. Только теперь он был чуть выше, будто «ладонь» прижалась к стеклу, стоя на цыпочках. По спине пробежали мурашки. Я подошел ближе. Отпечаток был идеальным, с четкими линиями, но... пальцы были слишком длинными, а в центре ладони было небольшое углубление, похожее на шрам.

Я позвонил в управляющую компанию, спросил, не работали ли мойщики окон. Мне ответили, что фасадные работы не проводились уже полгода. Я выглянул в окно. Внизу, на асфальте, никого не было. Ни лесов, ни подъемников. Только ветер гонял по пустырю мусор.

Вечером, когда я смотрел телевизор, мне показалось, что за окном что-то мелькнуло. Я обернулся. На стекле был новый отпечаток. Рядом с первым. Теперь их было два. Я задернул шторы и попытался не думать об этом. Ночью я проснулся от звука. Тихий, влажный шлепок, будто что-то мокрое прилипло к стеклу. Потом еще один. И еще. Я не решался подойти к окну. Звуки продолжались всю ночь.

Утром я набрался смелости и отдернул штору. Все стекло с внешней стороны было покрыто отпечатками. Десятки, сотни следов тех же длинных пальцев и ладоней с шрамами. Они шли снизу доверху, становясь все чаще и чаще по мере приближения к верху окна. Последний отпечаток был прямо на ручке открывания. И он был свежим — по стеклу с него еще стекали мутные капли. Кто-то или что-то всю ночь карабкалось по стене моего дома. И сейчас, кажется, оно уже добралось до моего этажа. Я слышу тихое поскребывание за стеклом.