Это началось в прошлый четверг. Я проснулся и потянулся за телефоном на тумбочке, но вместо холодного стекла пальцы уткнулись во что-то сыпучее. Я включил свет и ахнул: карман моих джинсов, аккуратно сложенных на стуле, был полон влажного, темного песка. Он был холодным и пах морем, хотя на улице стоял октябрь, а до ближайшего пляжа — четыреста километров.

 

Я списал это на странную шутку, может быть, на выходках младшего брата. Вытряхнул песок в унитаз и забыл.

 

Но через два дня история повторилась. Снова дождь за окном, снова я просыпаюсь — и снова карман пижамных штанов наполнен мокрым песком. На этот раз я разглядел его внимательнее: это была не однородная масса, а смесь из мелких ракушек, черного вулканического песка и каких-то крошечных полупрозрачных камешков, каких я никогда не видел.

 

Я сменил постельное белье, запер дверь в спальню на ключ. Бесполезно. В понедельник я нашел песок в кармане пальто, которое висело в самом дальнем углу гардеробной. Он был ледяным, будто его только что принесли с ноябрьского берега.

 

Вчера я не выдержал и отнес образцы в лабораторию. Сегодня утром мне перезвонил взволнованный геолог. «Откуда вы это взяли?» — спросил он. — «Это песок с особой минералогической сигнатурой. Единственное известное месторождение — это пляж возле города Североморск-3».

 

Я погуглил. Город Североморск-3 был стерт с карт в 1987 году после оползня, который поглотил его вместе с жителями и тем самым пляжем. Сообщение в моей почте было отправлено в 4:17 утра. Я проверил карманы своей одежды. Они были пусты.

 

Но сейчас, печатая это сообщение, я чувствую холодную сырость на коже. Я смотрю на свою куртку, висящую на спинке стула. Из кармана медленно, словно песок в часах, сыплется тонкая струйка темного, мокрого песка. И я понимаю, что это не шутка. Это приглашение. Или, может быть, напоминание. О том, что кто-то или что-то очень хочет, чтобы я наконец-то посетил тот самый пляж.