Я проснулся от звука, от которого кровь стынет в жилах — отчётливого скрипа зубов. Ужасный, скрежещущий звук, будто кто-то точил камни у меня прямо над ухом. Я лежал неподвижно, пытаясь понять, не мне ли это снится. Но скрежет продолжался, доносясь из пустой стороны кровати, где раньше спала моя жена.

 

Я медленно повернул голову. Подушка рядом была смята, но на ней никого не было. А этот звук... он шёл прямо оттуда. Я протянул руку, чтобы нащупать выключатель, и в этот момент скрежет прекратился. В наступившей тишине я услышал тяжёлое, влажное дыхание. Оно было совсем рядом.

 

Я включил свет. Комната была пуста. Но на подушке рядом я увидел то, от чего меня бросило в жар. Две мелкие, желтоватые кости, похожие на детские зубки. А на простыне — мокрое пятно, пахнущее медью и чем-то гнилостным.

 

С тех пор это повторялось каждую ночь. Я просыпался от этого скрежета. Иногда он доносился из-под кровати. Иногда — из шкафа. А вчера... вчера я проснулся и почувствовал во рту странный привкус — металла и праха. Я подошёл к зеркалу и открыл рот. Мои зубы были покрыты тёмным, запёкшимся налётом. А между ними застряли волокна чего-то красного, похожего на мясо.

 

Сегодня я установил в спальне диктофон. Только что прослушал запись. На ней слышен скрежет, переходящий в чавкающие звуки, а потом мой собственный голос, но искажённый до неузнаваемости, шепчет: «Голоден... ещё...»

 

Сейчас я сижу с включённым светом и пишу это. Я знаю, что скоро усну. И тогда это существо, что носит моё тело по ночам, снова выйдет на охоту. А утром я проснусь с металлическим привкусом во рту и с памятью, полной дыр. Но хуже всего — это растущее чувство голода. Чувство, которое не моё.