Марк остался в идеальной тюрьме. Тишина. Ни стука, ни голоса. Только гул вентиляции и мягкий щелчок автоматической кормушки.

Первые дни он изучал камеру. Простукивал стены. Нашел за решёткой вентиляции слабый поток воздуха. Холодный. Значит, выход наружу.

Браслет на лодыжке молчал. Синий индикатор мерцал, словно подмигивая. Устройство слежения стало его единственным собеседником.

Марк начал экспериментировать. Разобрал пластиковую тарелку, создав острый край. Из ниток от одежды и металлической заклёпки соорудил примитивную антенну. Поднёс к браслету — индикатор дрогнул. Контакт.

Он ел, спал и часами водил самодельной антенной вдоль стены с вентиляцией. Искал электромагнитные помехи — следы проводки.

На седьмой день он нашёл слабое место. Угол у пола, где шум вентиляции усиливался. Его антенна поймала стабильный сигнал. Здесь проходил кабель.

Терять было нечего. Острым краем пластика он начал медленно, миллиметр за миллиметром, разрушать шов между стеновыми панелями. Не чтобы сбежать. Чтобы добраться до проводов.

Его цель была не уничтожить систему. Его цель — стать её частью. Встроиться в цифровой кровоток тюрьмы и найти щель, через которую можно крикнуть во внешний мир.

Одиночка превратился в системного администратора собственной темницы. Его тюрьма стала его компьютером. А браслет — курсором, который он учился двигать.